13:01 

Философии псто

Всё не так безоблачно, как я писала здесь, наводя глянец на реальность. Сегодня наконец поняла, в чём причина моей тоски, разброда и шатания.
Вчера на лекции услышала, что, грубо говоря, есть два типа писателей – «объективные» и «субъективные». Те, кто пишет хорошо, но в их текстах мы видим человека, автора. Например, «На дороге» - это Джек Керуак. Интересный, хороший человек. А в текстах… например, Фаулза мы видим вселенную.
У меня со вселенной большие проблемы, - даже если отвлечься от конкретных текстов, конкретных попыток писать. Я всегда ощущала некую бесполезность усилий – опять же, если грубо говорить, сильно упрощать, то в мире множество знаний, культур и великих людей, которые уже писали свои важные тексты. Чтобы изучить их все, требуется невероятно большое количество времени, но и это не даст гарантии, что итоговый текст будет содержать вселенную. Её нужно носить в себе изначально – хотя бы в зародыше, в зерне, - чтобы под влиянием жизни, собственных мыслей и новой информации растить, укреплять и развивать.
Я не уверена, что оно во мне есть.
Конечно, мне говорят, что есть – но употребляется слово талант, а талант – это всегда потенциал. Воплощение потенциала пока далеко от совершенства. Не то чтобы совсем плохо, нет – но при этом я не считаю, что мои тексты может кто-то читать и ощущать, как его жизнь меняется. Боюсь, в них слишком много меня, - что парадоксально, потому что меня как таковой почти не существует. Моя личность – это своеобразный набор ограничений и довольно расплывчатых представлений о том, что мне нравится.
В общем, мир вокруг непознаваем, агрессивен и не поддаётся контролю. Вместе с тем я чувствую, как стремительно меняюсь в последние несколько лет – всё больше активности, спокойного любопытства, каких-то действий, позволяющих «включиться» в этот непознаваемый мир. Но достигнутый мной уровень – это скорее просто уровень нормального, достаточно развитого человека, это избавление от детских «тараканов» и последствий сектантского воспитания.
И вот это изменение напрямую связано с Севеном и Темой. Если бы он был настоящим Верхним – мне было бы гораздо проще. Это действительно моё топливо; тематические отношения – константа, островок стабильности в этом мире, чуть ли не гарант уверенности в будущем и собственных силах. Психологии в этом куда больше, чем физиологии. А теперь он отказывает мне в этом, открыто саботирует (и начал саботировать довольно давно, просто я на многое закрывала глаза).
Я оказываюсь одна в этом мире, с плохо нарисованной картой местности. Не факт, что мой маршрут завершится в намеченном пункте. Я очень редко чувствую необходимость стараться просто ради себя самой. Мне не кажется достойным объект приложения этих усилий. Но если я научусь – вряд ли я останусь с Севеном, буду с ним жить – а если даже и будет так – вряд ли наши отношения будут столь же близкими, яркими, нежными. Конструкт моей личности – не прямое подчинение, но – быть в ближнем круге, - я не вожак стаи. Никогда не стремилась к яростной схватке ради статуса. Мне всегда больше нравилось делом доказывать, что я достойна уважения (хотя такие ситуации были нечасто).
Севен же вынуждает меня если не стать вожаком, то стать способной создать собственную стаю. Здесь он открыто играет роль отца – но дело в том, что отцов рано или поздно покидают их повзрослевшие дети. И если родного отца я всегда рада видеть, в любом состоянии и в любом статусе – Севену я не смогу простить этого. Я буду благодарна, но эта благодарность слишком тесно связана с болью отвержения. Я ожидала от своего Верхнего, что он будет помогать мне расти – и потом отпустит «в большой мир», сохранив между нами нужные обоим отношения. А получается, что он выбрасывает меня в мир сейчас, но при этом вовсе не собирается отпускать. Никогда.
Возможно, это эдипов комплекс, доведённый до логического окончания – фигура отца восхищает, но когда ты вступаешь в связь с отцом, ты не можешь вынести разрыва. Разрыв невозможен – или окончателен.
Я вижу, что понемногу начинаю учиться, что становлюсь всё более автономной. Но подспудно вырастают и негативные чувства к нему, особенно когда я вижу, что его мотивы не всегда столь благородны, как он декларирует.
При этом я понимаю, что многим ему обязана – от банальной (но важной!) финансовой обеспеченности до возможности настоящего развития. Всё вместе – довольно неприятный и болезненный клубок. Хотя в обычной жизни мы очень нежны друг с другом, всё ещё флиртуем, смеёмся и хотим друг друга.
Как всё дальше будет – пока представляю только примерно. Скорее всего, я буду меняться и дальше – и это мне очень нравится. Наши отношения с этим человеком пока лучше оставить такими, как есть. У него сейчас сложные проекты, весь апрель. Постараюсь оставить его в покое, как бы это ни было тяжело.
И – да, я очень хочу его, хочу его действий со мной – любых – потому что у нас нет даже секса и не было с тех пор, как я вернулась от родителей. Но думаю, что требование оставить его в покое хорошо для нас обоих. По поводу «чем заниматься» - я продолжу «брать интересные штуки и делать с ними интересные вещи». Но точно не буду делать писательство средством заработка или декларируемым основным занятием. Хотя даже ставка на судопроектирование не кажется мне достаточно надёжной. Как будто между мной и непостижимым хаосом снова нет никаких перегородок. Но это не так страшно, как то, что внутри меня слишком мало топлива, и в основном оно очень теоретическое.

UPD. Я понимаю, что во многом перекладываю на другого человека ответственность за мои ошибки и бездействие. Но если я буду полностью автономна, мне не потребуется близость, не потребуется полноценный любовный союз. Только творческий - как сейчас у Севена с нашей женщиной: взаимное уважение, планы, но не секс, не страсть, не личностная близость.
А для меня, как это ни стыдно, всё ещё очень многое значит возможность быть очень _близкой_ со своим спутником жизни.

@темы: теория, грустьпечаль, важно

URL
   

Alchemy_balance

главная